Compass Investments

Как минимум $39 млрд операций были связаны с кошельками, принадлежащими российской схеме обхода ограничений A7, что указывает на высокую степень слаженности действий, связанных с государственной финансовой системой, а не на широкое использование рынка.

Основным средством выступали стейблкоины, и по мере ужесточения контроля деятельность перетекла в менее регулируемые и более рискованные каналы.

Крипторынок претерпел изменения под влиянием геополитического давления, затронувшего разные сферы: к примеру, жители Венесуэлы стали ключевыми пользователями стейблкоинов и Р2Р-транзакций для оплаты повседневных нужд, переводов и неформальных услуг из-за отсутствия экономической стабильности.

В Иране операции с криптовалютой оказались достаточно устойчивыми к санкциям: в период ирано-израильского конфликта в июне 2025 года общий объем сделок снизился, однако их стоимость возросла, что говорит о более крупных переводах, а объем нелегальных операций достиг $580 млн.

Еще одной значимой причиной нелегального объема стали хищения криптовалют: в 2025 году в результате почти 150 взломов и эксплойтов было похищено $2,87 млрд.

Хотя количество инцидентов немного снизилось, размер потерь резко увеличился, так как злоумышленники стали нацеливаться не столько на смарт-контракты, сколько на операционную инфраструктуру.

В феврале один инцидент в Bybit, связанный с северокорейскими хакерами, обошелся компании в $1,46 млрд, что превышает половину всех годовых убытков.

В целом, на пять инцидентов пришлось около 70% похищенных средств, что подчеркивает влияние нескольких крупных атак на итоговые годовые показатели.

Мошенничество сохранялось, составив примерно $35 млрд убытков, что сопоставимо с уровнем 2024 года. Почти две трети этой суммы это инвестиционные аферы, включая так называемые схемы “разделки свиней” и схемы Понци.

Стейблкоины доминировали среди поступлений от мошенников, и TRM отметила, что криминальные структуры все чаще задействуют генеративный ИИ для расширения воздействия и создания более правдоподобных обманов, ускоряя отмывание средств для перевода активов в течение нескольких дней после их получения.